aif.ru counter
87

Сергей АЛЕКСЕЕВ. Феномен любви (размышления на тему)

«Чтобы мир пришел к своей завершенности, под воздействием сил любви, фрагменты мира ищут друг друга».

Тейяр де Шарден

Любовь… Сколько ассоциаций сразу возникает у каждого человека, совсем немного найдется людей, кого это слово оставит равнодушным. Если это объяснить несложно, то чем объяснить то, что, полюбив одного человека, обещая любить его всю жизнь, сами страстно веря в это, через некоторое время, порой даже не- продолжительное, можем обнаружить, что нам начинает нравиться уже другой человек, что он постепенно вытесняет того, кто был для нас когда-то единственным и неповторимым.

И вообще, существует ли она единственная, на всю жизнь любовь, о которой снимаются фильмы, пишутся книги, во имя которой идут на все, чтобы обрести любимого человека?

В литературе даются различные определения любви, но прежде, чем перейти к анализу определений любви, интересно привести один отрывок из книги Тейяра де Шардена «Феномен человека», который поможет нам более полно взглянуть на это явление.

«Взятая как биологическая реальность, в полном своем объеме, любовь, /т. е. близость одного существа другому/ присуща не только человеку. Она представляет собой общее свойство всей жизни и как таковая присуща, в разной форме и степени, всем формам, последовательно принимаемым организованной материей.

У млекопитающих, с которыми у нас много общего, мы легко обнаруживаем ее различные качества: половую страсть, отцовский или материнский инстинкт, социальную солидарность и т. д.

В нижней части древа жизни аналогии становятся менее ясными. Они стушевываются и оказываются неуловимыми.

Но здесь нам следует повторить сказанное в главе «Внутреннее вещей». Если бы в крайне рудиментарном, но безусловно возникающем состоянии, у молекулы не существовало внутреннего влечения к единению, то физически любовь не могла бы обнаружиться выше у нас, в гоминизированном состоянии.

Чтобы уверенно констатировать наличие любви у нас, мы должны предположить, следуя общему правилу, ее наличие, по крайней мере, в зачаточном виде, во всем, что существует.

И действительно, наблюдая вокруг нас слитный подъем сознаний, мы ее везде обнаруживаем.

Это уже чувствовал и выразил в своих бессмертных «Диалогах» Платон. Позднее средневековая философия в лице такого мыслителя, как Николай Кузанский технически вернулась к той же идее. Чтобы мир пришел к своей завершенности под воздействием сил любви, фрагменты мира ищут друг друга».

Рассуждая далее, Тейяр де Шарден говорит: «Неизвестно, что собой представляет любовь». Он пишет: «Сила ли она, или кривизна, или вообще притяжение тел, которым мы столь поражены…?». И делает вывод: «Это лишь обратная сторона или тень того, что реально движет природой».

Теперь можно перейти и к анализу определений любви. Правильнее рассматривать любовь через категорию, состояние, которое включает в себя и категорию деятельности, и отношение, и сознание и чувства, и страсть, и т.п., но это не мешает в зависимости от цели называть любовь либо чувством, либо страстью, либо деятельностью, либо отношением и т. п.

На основании вышеизложенного предлагается следующее определение любви. Любовь – это объективно-субъективное состояние, основанное на избирательности отражения индивидов и характеризующееся исключительностью.

Объективность этого состояния в том, что оно возникает непредсказуемо, независимо от воли и сознания. Вызвать искусственно, по своему собственному желанию, как и по чужому, это чувство невозможно, как невозможно его подавить. Здесь мы можем вспомнить героя рассказа А. И. Куприна «Гранатовый браслет» бедного телеграфиста Желткова, безнадежно полюбившего княжну, или персонажей повести А.Мердок «Черный принц» 58-летнего мужчину и 17-летнюю девушку полюбивших друг друга, где ни классовые, ни возрастные различия не играли никакой роли.

Любовь, как и всякое другое социальное явление, характеризуется многообразием форм проявления в зависимости от того, кто любит, кого и конкретных социальных условий. В каждой любви было что-то новое, свое, варьирующее от нежного спокойного чувства до всепоглощающей страсти.

Субъективность этого состояния в том и проявляется, что конкретная личность – носитель этого состояния – индивидуальность. Особенности восприятия отражающего /того, кто любит/ и особенности самого отражаемого /того, кого любят/ создают неповторимость и своеобразие возникновения и протекания каждой конкретной любви, одновременно не лишая ее общих черт.

Общеизвестно, что под отражением понимается способность одних тел и материальных систем оставлять «след» в других в процессе их взаимодействия. В ходе отражения осуществляется как бы «перевод» некоторого содержания отражаемого в такую форму, которой это содержание становится внутренним достоянием отражающего.

Тем самым вещи существуют не только «в себе», но и в другом, но наиболее ярко и полно человек существует в том, кто его любит: возникновение каких-либо чувств к человеку, воспоминание о нем и являются признаком существования одного человека в другом, что и явилось следствием отражения.

Внешность и духовные различия индивидов, делают возможным существование различного отношения к разным людям /одному человеку нравятся волевые, сильные натуры, другому –нежные, слабые, а сложность духовного мира человека, узнать сразу который невозможно, делает возможным по разному относиться к одному и тому же человеку/ именно это является возможностью того, что в жизни бывают случаи, когда человека видишь много раз, до этого не испытывал к нему даже симпатий, а потом полюбил.

Каждому человеку безотносительно его принадлежности к классу или общественно-экономической формации, присущ ряд однотипных материальных и духовных потребностей: познавательная в общении, сексуальная и другие.

Реализация каждой из потребностей подчинена конечной цели – цели самореализации себя, своих внутренних возможностей и потребностей. Но в силу закона возвышения потребностей, человек не просто нуждается в удовлетворении потребностей, а в наиболее полном и лучшем их удовлетворении. И если перед ним будет выбор, то он, конечно, остановится на лучшем, при всех прочих равных условиях.

И когда перед ним появляется человек, в котором как в фокусе, можно удовлетворить эти потребности в наиболее полном и лучшем виде, то к нему не может не возникнуть чувства, похожего на «любовь». Однако любовь не сводится к удовлетворению потребностей, и это даже не главное в ней, хотя в разделенной любви присутствует и это.

Любовь совершенно иное: достаточно сказать, что в жизни нередко случалось, когда люди были счастливы оттого, что где-то далеко живет любимый ими человек, причем, зная о том, что он с ними никогда не будет, которого до этого, возможно, и видели один, два раза, но счастливы были не от того, что живет вообще, а потому, что он счастлив.

Способность любить /как и способность ненавидеть/ не чисто социальное явление и не главным образом, а тем более не искусство, которому нужно обучаться с детства/ воспитание может повлиять лишь на внешнее выражение этого чувства и лишь в незначительной степени на его формирование/.

И любить /как и ненавидеть/ способен каждый, в реальной мере, как и каждый может быть любимым, это вытекает из смысла закона о единстве и борьбе противоположностей, по которому ни одно явление не может существовать без противоположного, в том, что каждый способен ненавидеть, наверное, никто сомневаться не будет, следовательно, никто не должен сомневаться и в том – каждый ли способен любить.

Все дело заключается лишь в том, что не каждому дано встретить свою любовь, равно как и не каждый встретивший может стать объектом любви, а хорошее совместное проживание всю жизнь не означает, что они любили друг друга.

Но таинственность и загадочность чувства любви отчасти в том и заключается, что возникновение ее необязательно предполагает соответствие тому идеалу, который сформировал человек – полюбить можно человека совершенно противоположного нашему идеалу /и даже чаще так/. И здесь можно привести еще одно из отличий любви от увлечений.

В увлечении, как только начинается выявление несоответствия тому, что мы хотели видеть в нашем идеале – начинается разочарование и исчезновение всяких чувств. В любви же иначе – даже обнаружив несоответствие идеала, чувство совершенно нисколько не приходит и не ослабляется, что свидетельствует о качественно ином характере этого чувства.

Любовь, возникнув, не умирает, в этом заключается исключительность этого состояния и ее феноменальность, что является одним из главных отличий этого состояния от всех других, повторные страсти к другому человеку лишь признак неудовлетворенности первых, т.е. лицо его не любило.

Этот вывод подтверждается исследованиями великого русского физиолога Сеченова, который писал, что человек, прочувствовавший действительно любовь, не сможет полюбить уже во второй раз. Поэтому, если любимый человек погиб или ушел, то перед действительно любившим его не встанет вопрос, сможет ли он еще кого-то полюбить или нет, у него просто не возникнет таких мыслей. Надо сказать, что в увлечении – все равно, в какой мере воспроизводится идеал, которого лицо способно полюбить.

В одном увлечении – одни его стороны, в другом – другие. С возникновением любви у человека происходит изменение потребностей – высшей потребностью становится потребность жить для счастья любимого. Исходя из вышеизложенного, можно говорить о самостоятельной потребности, присущей каждому человеку – потребности в разделенной любви.

Способность к самопожертвованию – следующий необходимый признак любви. Конечно, в жизни редко встречаются ситуации, когда необходимо ради жизни любимого пожертвовать собственной жизнью. В нашем обществе ради жизни другого человека могут пожертвовать собственной жизнью и посторонние люди.

Могут, но не все – закоренелые эгоистичные натуры, по малодушию, либо по каким другим причинам, на это не способны. В любви же эгоист уже не является им. Радость любви заставляет его забыть о себе. Эгоизм и многие другие низменные качества побеждаются любовью. Здесь раскрывается большое воспитательное значение любви.

Появление любви изменяет отношение ко всему окружающему миру: обостряет восприятие, рождает вдохновение, поднимает на вершину внутренних возможностей, одновременно делая людей человечнее. Любовь становится своеобразным «проводником» всего доброго, светлого, что есть в каждом человеке, без которого это светлое и доброе во многих случаях не только не может быть реализовано человеком, но и вообще могло не раскрыть себя.

Как это ни парадоксально, но именно тогда, когда человек меньше всего думает о себе, он наиболее полно реализует себя. В этом факте проявляется одна из сторон любви – как феномена. В нравственно-психологическом плане изменение человека в любви не всегда связаны с изменениями в лучшую сторону, иногда человек становится на путь преступления, измены Родине /вспомним героя повести Гоголя «Тарас Бульба» Андрея/, но, как правило, они все-таки являются изменениями в лучшую сторону.

Следующим необходимым признаком, свидетельствующим о наличии любви, является психологическая совместимость. Но не психологическая совместимость рождает любовь, а появление разделенной любви делает людей психологически совместимыми, порождает взаимопонимание. Любовь преодолевает их природную несовместимость, как и может существовать психологическая совместимость, но не быть любви.

Переходя к вопросу о сущности любви, хотелось бы сначала привести определение Гегеля. «Истинная сущность любви в том, чтобы отказаться от сознания самого себя, забыть себя в другом «Я» и, однако, в этом же исчезновении и забвении впервые обрести самого себя и обладать самим собой».

Очень хорошо о предназначении этого состояния сказал А. П. Чехов. «То, что мы испытываем, когда бываем влюблены, есть нормальное состояние. Влюбленность указывает человеку, каким он должен быть».

Это состояние и выражает ту завершенность мира, к которой стремятся его «фрагменты». Состояние, когда собственная боль становится чужой, чужая – собственной. Гармонию «я» и «не я», присущую любви, хорошо передал Л. Н. Толстой. Его Левин из «Анны Карениной» вскоре после свадьбы остро пережил особое ощущение. Как-то в ссоре Левин сказал Кити гневные слова «но в ту же секунду он почувствовал, что… он сам нечаянно ударил себя. Он понял, что она не только близка ему, но что он теперь не знает, где кончается она и начинается он. Она была он сам».

Теперь о содержании любви. В содержании любви можно выделить: как совершенно самостоятельный элемент – само чувство и его проявление: духовное и физическое влечение, но не соединение этих двух влечений порождает чувство любви, а возникновение любви /самого чувства/ выявляет наличие этих двух влечений. К тому же тот, кто любит, он не производит данного разделения, он любит в целом всего человека.

Подтверждением сказанному служит тот факт, что в жизни имелось немало случаев, когда люди были знакомы значительное время, а любовь возникла совершенно неожиданно, но до этого лицо не обнаруживало у себя абсолютно никакого /ни физического, ни духовного/ влечения, и лишь только потом можно было выявить и наличие этих влечений.

Каждый согласится с тем, что классическая физическая красота, /впрочем, как и духовная/ в этом вопросе решающей роли не играет. В каждом человеке есть своя прелесть. В жизни было немало случаев, когда любили людей с уродствами, которыми они обладали и до встречи с любимыми, и которые приобрели после встречи. Возникновение любви делает физически привлекательным любого человека, преодолевая природную непривлекательность. К тому же человек любит не красивые голубые глаза, а то, что в них выражено.

Полюбив, человек приобретает то, что хорошо выразила Айрис Мердок в рассказе «Черный принц»: «в любимой все привлекательно, каждый поворот головы, каждое изменение голоса, смех, стон, или кашель, подергивание носом – все бесценно и исполнено смысла, как мгновенное райское видение».

Итак, поскольку мы пришли к выводу, что каждый может быть любим, и каждый способен любить, то вся проблема заключается в том, чтобы решить проблему встречи людей, которые действительно рождены друг для друга.

В последнее время в этой связи нередко говорят о компьютерах, да, компьютеры в какой-то мере решают проблему встречи людей, где совместимость характеров, общность взглядов, интересов является достаточным основанием для того, чтобы люди могли быть вместе и хорошо прожить всю жизнь и без любви.

Хорошо, но не счастливо. Ибо никогда ни один компьютер, как бы ни был развит уровень научно-технического прогресса, не сможет уловить всю гамму человеческих чувств и выразить их в математических знаках, а тем более предопределить, что именно этот человек сможет полюбить и быть любимым для другого человека. Эту проблему – проблему встречи двух – можно с полным на то правом, как это ни печально, назвать неразрешимой.

И поэтому в известном смысле правы те, которые утверждают, что любви нет.

Барнаул, 1982 г.

ПРОДОЛЖЕНИЕ, 2005 год

Да, правы и ещё как правы... Для подавляющего большинства людей любовь – призрак, они никогда её не встретят, свою любовь. Но они не хотят в это верить и упорно гоняются за этим призраком. Надеются и верят, особенно в годы молодые. Часто ошибаются и снова верят. Верят и ждут. Потому, как всем известно, что вся история человечества пронизана трагедией любви, поисками любви, мечтами о любви, ожиданием... Тем...чего практически не существует, в лучшем случае встречается исключительно редко. Это как в лотерее выиграть «Джек Пот», случайно на сдачу... Не думал, не гадал...

И при чём как всякое другое, редко встречающееся, по закону вероятности, выпадает тем, кто этого не ждёт, этим не мучается в снах и грёзах, а просто живёт и особо над этим не задумывается. В любовь он не верит, но именно его она может осчастливить, т.к. мысли о ней, на уровне подсознания, существуют у всех.

Но, а кто жить без любви не может, тот её никогда не получит. И это тоже закон... Он (она) будут часто увлекаться, страдать, плакать и... разочаровываться. Но любви не получат. Ещё в младые годы, это надо внушить всем, юным и неиспорченным... внушить небольшую долю цинизма, такого реалистичного взгляда на жизнь, который никому не помешает.

Более того, это поможет и избавит от множества проблем и забот, от стрессов и трагедий, от горьких разочарований и поломанных судеб. Ибо вечная и чистая любовь – это величайшая иллюзия. Вообще всё, что происходит в мире под флагом настоящей и вечной любви, которую мы якобы встретим, или можем встретить – грандиозный обман.

А тема любви в искусстве – это величайшая мистификация всех времён и народов. Эту тему, как правило, муссируют и раскручивают люди очень далёкие от неё, от настоящей любви – старые развратники, гомосексуалисты и просто талантливые циники – всех их объединяет желание подзаработать и прославиться на этой вечной теме. Среди них совсем немного наивных романтиков, да и были ли они...?

Вообще на этой теме очень многие неплохо заработали и сотворили себе имя. Сейчас уже всем хорошо известно, что многие из великих, были людьми нетрадиционной сексуальной ориентации... А ведь именно они создали великие творения о любви – и на холсте, и на бумаге, и в скульптуре и в музыке... Но откуда они могли знать о настоящих чувствах и настоящей любви? Их-то интересовала другая любовь... Она была – их пламенная страсть. Плотская извращённая страсть. Они ею занимались в перерывах между творениями о любви для нас – смертных.

Итак, в итоге, что мы имеем!? Миллионы, десятки миллионов людей годами, веками – верят, ждут и надеются встретить свою любовь. Но они её никогда не встретят.... Взамен они читают книги, смотрят пошлые фильмы о ней, просто мечтают о том, чего нет и чего не встретят, т.е. живут в ил- люзии.

Параллельно с кем-то живут в браке, так – по привычке, многим просто так удобнее. Живут ради детей, либо деваться просто некуда, но и изменяют, конечно, друг другу при случае. Некоторые даже говорят, что у них любовь, но они, конечно, лгут, хотя бы потому, что они не знают, что такое настоящая любовь. А некоторые разводятся и снова повторяют этот путь. Так нужна ли людям эта иллюзия? В погоне за тем, чего не встретишь, не догонишь?

Может быть, эту иллюзию заменить чем-то более рациональным и продуктивным...? И это сэкономит силы, нервы и годы жизни. Ведь сама статистика, т.е. голая правда жизни говорит о том, что браки по расчёту крепче, чем браки по «любви», что лишь подтверждает вышесказанное. А спокойные эгоисты живут дольше...это тоже статистика и тоже не в пользу любви.

Трагедии Ромео и Джульетты могло просто не быть, если бы никто не препятствовал их встречам. Они бы сами расстались, что очень вероятно...после нескольких сексуальных встреч. Такое бывает и довольно часто. И все это знают. Не случайно в отдельных странах, в настоящее время практикуется добрачное сожительство. Если люди устраивают друг друга, через год-два совместной жизни они заключают брак. Такой брак, конечно, далёк от брака по любви, но он более надёжен. И всё же тему любви никто никогда не отменит! Это действительно вечная тема...

Людям нравится жить в иллюзиях, они обманываться рады. Ведь правда жизни – это такая скука..., а сама жизнь так коротка, и хочется чего-то... И поэтому мне иногда думается, что люди у нас «влюбляются» просто от скуки и одиночества... Чтоб жизнь поинтереснее была... И чтоб грустно не было…

Бийск, 2005 г.

Об авторе

Сергей Алексеев. Родился 16 апреля в 1957 г. в г.Бийске, учеба, 1975-1977 г.г. служба в армии, 1977-1982г.г. учеба в АГУ на юридическом факультете. С 1984года по настоящее время работаю адвокатом в г.Бийске.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)
Loading...

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых