aif.ru counter
333

«Война долго не отпускала». История афганца, ставшего инспектором в тайге

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 28. "АиФ-Алтай" 13/07/2017
Госинспектор биосферного Катунского заповедника Пётр Субботин
Госинспектор биосферного Катунского заповедника Пётр Субботин © / Людмила Ермолина / Из личного архива

В высокогорьях Центрального Алтая, в Катунском биосферном заповоднике инспектором работает человек, которому, кажется, не страшны никакие опасности. О таких говорят, что он прошел огонь, воду и медные трубы. Ведь на пути к своей мечте Петру Субботину пришлось пройти немало испытаний, одно из которых - война в Афганистане. Он стал свидетелем трагедии 9-й роты.

С госинспектором биосферного Катунского заповедника Пётром Субботиным побеседовал корреспондент АиФ-Алтай.

Таинственная тайга

Почти четверть века он несёт службу по охране трёх Мультинских озёр, таёжных угодий вокруг них и обитателей животного мира. Но в последнее время немало внимания приходится уделять туристам. Каждый сезон кто-то падает со скалы или дерева, ломает ногу, руку.

Субботин долгие годы шел к своей месте
Туристы стали более осторождными в последнее время.  Фото: Из личного архива/ Людмила Ермолина

Мечта связать свою профессию с природой родилась у Субботина ещё в детстве. С четвёртого класса юный Петя с мальчишками из родного села Мульта при первой возможности пешком поднимался в горы. И хотя в семье Субботиных лесников не было, Пётр твёрдо решил посвятить себя этой профессии. Поэтому после окончания школы поступил в Бийский лесной техникум.

«Ещё мальчишкой во время службы в армии хотел попасть в ВДВ. На перовом курсе техникума сразу стал заниматься в ДОСААФ. Успел совершить три прыжка с парашютом. Когда раскроется парашют, такое удовольствие получаешь, летишь, наслаждаешься полной тишиной. Первые прыжки были зимой, в сильный мороз, щёки горят, а тебя заполняет радость», – вспоминает Пётр.

Весной 1986 года, когда юноша был ещё на первом курсе, ему пришла повестка в армию. Тогда не смотрели, учишься или нет. Возраст подошёл – отдай долг Родине.

Субботин попал в учебную часть №70351 военно-воздушных сил, расположенную в литовском городе Каунас. Там продолжил прыжки с парашютом. А осваивать пришлось специальность связиста. При распределении курсантов спрашивали, где они хотят продолжить службу? К тому времени уже семь лет шла война в Афганистане. 30 выпускников учебки изъявили желание отправиться в эту далёкую страну.

«Мы были молодые, горячие, били себя в грудь. Я считал себя не хуже других, тоже написал заявление. Был жёсткий отбор по результатам учёбы, здоровью. Отобрали только пятерых. Так я оказался в Афганистане», - рассказывает Петр Субботин.

«Слышал 9-ю роту по рации»

Субботин попал в Баграм, в 345-й полк, которым командовал подполковник Вострухин. (Прошлым летом в Горно-Алтайске висело несколько баннеров с портретом Вострухина, того-самого, как сказал нам Пётр Данилович – ред.). Пётр обеспечивал связь с полками и руководством частей при помощи переносной 159-й радиостанции. Она далеко не миниатюрная и весит немало. Тяжёлое снаряжение приходилось таскать по горам. На спину надевались запасные аккумуляторы, автомат с запасом патронов, гранаты, спальник, продукты. Набивался большой рюкзак защитного цвета, очень неудобный по форме – просто круглый мешок, который становился неподъёмным. По сравнению с ним современные рюкзаки нынешних туристов раз в десять комфортнее. Петру помогла закалка и тренированность с детства, когда бегал по Алтайским горам, вырабатывая выносливость.

Реактивных снарядов душманы не жалели. Как говорит Субботин, в основном обстреливали минами. Патроны им тоже было кому поставлять. Приходилось отвечать и близко видеть противника. Точность стрельбы в учебке у Петра была отличная. В юности не только рыбалкой увлекался, но и на охоту в тайгу ходил.

Людмила Ермолина, АиФ-Алтай: Нажать курок на зверя не было проблем. А на человека?

Пётр Субботин: Если тебя прижимают, и нет другого выхода, будешь стрелять. А когда в ответ на автоматные очереди летели реактивные снаряды, мы укрывались за скалами.

– Пётр Данилович, вы были свидетелем трагедии 9-й роты?

– Сначала 9-ю роту перебросили в наш третий батальон. Вместе мы попали под плотный обстрел. Душманы бомбили из пушек реактивными снарядами, а нам отвечать было нечем – автоматы против тяжёлой артиллерии? Погиб командир взвода. Через два дня после этого нас разделили: мы заняли одну высотку, 9-я рота – другую, напротив. Нужно было держать отбитую у противника дорогу, охранять её во время прохождения наших колонн с продовольствием и вооружением.

Душманы решили выбить 9-ю роту с их высоты, устроив непрерывную массированную бомбёжку. Ночью там всё сверкало и взрывалось. Мы видели это, но ничем не могли помочь. Можно было бы атаковать противника с вертолётов, однако ночью их не выпустили. Я сидел на рации и слышал, как ребята вызывали подмогу. К сожалению, никто не смог прийти им на помощь.

Субботину пришлось принимать участие не в одном таком бою. Ранения удалось избежать, но контузия была. Пока восстанавливался на больничной койке, госпиталь подвергся нападению и обстрелу. Петру повезло, пули его не задели. Вернулся в строй и дослужил свои полтора года в Афганистане без отпуска.  Демобилизовался весной 1988 года с медалью «За отвагу» и благодарностью от афганского народа. 

«Дома заново привыкал к тишине. Война долго не отпускала. Нельзя забыть, как на твоих глазах от пуль снарядов погибали товарищи, от взрывов отрывались руки, ноги. Прошло столько лет, всё пережитое помнится, иногда ночами снится», - рассказал Субботин.

На Мультинских озёрах

Первым делом Пётр восстановился в лесном техникуме, отучился ещё два года, получил диплом. Как раз наступил 1990 год, в стране всё начало разваливаться. Распределения на работу лесником он не дождался. В это время недалеко от родного села начали строить новый железный вантовый мост через речку Мульта. Субботина приняли на стройку монтажником-высотником. Когда мост сдали, он перешёл работать в совхоз. Два года в строительной бригаде дома возводил, не оставляя мысли о возвращении к любимой профессии лесника.

В это время в Горном Алтае организовали обширный Катунский биосферный заповедник. Один его участок, самый доступный из труднопроходимых таёжных мест, открыли в районе Мультинских озёр. От родного села Субботина до первого, Нижнего, озера километров восемнадцать. Но по таёжному бездорожью проехать к нему можно только на мощной «шишиге» – грузовике ГАЗ-66. Пётр написал заявление на работу в новом заповеднике и вот уже 25-й год несёт здесь инспекторскую службу. Смена на кордоне, расположенном на Среднем озере, длится по две недели. В заповеднике нет электричества, инспекторы готовят еду на костре, воду черпают из озера, баньку топят дровами – вот и вся цивилизация. Каждый день Субботин проходит по горам не меньше 18 километров, проверяет туристские тропы, места стоянок, следит, чтобы посетители не вредили природе и не оставляли после себя мусор.

– Какие трудности встречаются в вашей работе?

– Когда коней долго не можешь найти. Махоне уже 19 лет, Орлик помоложе, порезвее. Он хорошо знает своё имя. Ходит в табуне, кликнешь: «Орлик!». Сразу откликается, поднимает голову, ищет меня глазами. А если серьёзно, то самое трудное – выносить на руках пострадавших туристов. Кто-то травму получил, а кому-то стало плохо с сердцем.

Госинспекторам помогают лошади
Госинспекторам помогают лошади Фото: Из личного архива/ Людмила Ермолина

С каждым годом туристов становится больше. Когда на кордоне выписываем им пропуска, то видим, что они приезжают из Москвы, Санкт-Петербурга, Новосибирска, Красноярска, Барнаула, даже из Туапсе и других городов.  Каждого отмечаем в журнале, а когда выходят назад, считаем группы по головам, чтобы никто не потерялся. Замечаю, что за последние годы турист стал более организованный и понятливый. Уже не разводят костры, где попало, не мусорят. Мы более двадцати лет учим посетителей соблюдать порядок в заповеднике.

Свою судьбу Пётр нашёл в родной Мульте. В 1990 году женился на односельчанке Наталье, с которой был знаком с детства. Вырастили с ней двух детей. Дочь Юлия учится на хореографа в Москве, в университете культуры и искусства. Семнадцатилетний сын Костя решил поступать в Барнаульское училище первоначальной лётной подготовки, хочет стать военным. Пётр Данилович его не отговаривает. Считает, что сейчас профессия военного стала престижной, зарплата хорошая и квартиры дают.

Ожидание хорошего – тоже счастье

Домашнее хозяйство у его семьи немалое: корова, лошади, птица, другая живность. Во дворе стоит три трактора, три автомобиля. За техникой приходится следить, ремонтировать её. К тому же супруги начали заниматься сельским туризмом, принимать гостей. Когда Пётр уезжает на кордон на две недели, Наталья сама управляется со всем хозяйством. Как говорит Пётр Данилович, жизнь у него сейчас спокойная, налаженная:

«Самое интересное ещё впереди. Как дочь закончит учёбу и где устроится на работу? Какая профессия будет у сына? А там внуки пойдут. Ожидание приятных перемен – тоже счастье».

– Пётр Данилович, как вы считаете, сейчас жизнь тяжёлая или жить можно?

– Конечно, можно. У нас в деревне почти у каждого второго свой трактор. Кто хоть немного шевелится, и дом добротный, и иномарка во дворе.

Досье:
Пётр Субботин родился в селе Мульта Усть-Коксинского района Горно-Алтайской автономной области Алтайского края. Окончил Бийский лесной техникум. В 1986 году призван в армию. Срочную службу проходил в составе контингента советских войск в Афганистане. В 1988 году награждён медалью «За отвагу».

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах