aif.ru counter
596

«Убитых лошадей откапывали из-под снега». О голоде и страхе на войне

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 18-19. АиФ-Алтай 08/05/2019
Деомид Кожуховский
Деомид Кожуховский © / Леонид Волков / АиФ

Впервые ветеран Великой Отечественной войны Деомид Кожуховский «понюхал» пороху в сражениях с финнами. После он воевал на Карельском фронте, а 9 мая 1945 года отпраздновал в Норвегии, откуда и демобилизовался. В этом году Деомиду Матвеевичу исполнится 100 лет. Он ясно помнит события самой страшной войны в истории человечества. 

«Опять мы останемся одни!»

Леонид Волков, АиФ-Алтай: Деомид Матвеевич, какие воспоминания у вас остались о детстве, о вашей малой родине?  

Деомид Кожуховский: Я родился в селе Батени Красноярского края. Сейчас этой деревушки нет. Затоплена Красноярским водохранилищем. Оттуда мы уехали, когда я был ещё маленький. Потом уже, когда женился и у меня появились ребятишки, поехал посмотреть на свою малую родину. Деревушка стояла на горе, но её всё-таки затопило. Это надо же, как в том месте поднялась вода из-за строительства Красноярской ГЭС!   Вот многие всегда говорят, что до войны у них было трудное детство. Лично про себя я такого говорить не буду. Нас в семье было семеро. Держали корову. Жили как-то.

– До 22 июня 1941 года были вообще разговоры о том, что может начаться война?

– Обстановка подсказывала об этом. Я так скажу. Сейчас в мире положение, ещё хуже, чем в 1939 году. Остаётся только надеяться, что не повторится то страшное горе, которое пришлось пережить человечеству. 

– Как узнали о том, что началась война?

Алтайскому ветерану скоро исполнится 100 лет
Алтайскому ветерану скоро исполнится 100 лет Фото: АиФ/ Леонид Волков

–  Я на тот момент служил в Забайкалье. Только что была сформирована наша стрелковая дивизия. У нас был только один выходной – в воскресенье. 22 июня 1941 года мы находились на берегу Селенги. Здесь же командиры с женами и детьми отдыхали. Кто-то в воде плещется, кто-то лошадей купает, я в тот момент платочек стирал. Всюду смех, песни, радость. И вдруг это веселье прервал крик какой-то женщины: «Опять мы останемся одни!» Помню, как у меня всё сжалось внутри. Мы – скорее в часть. Там уже идёт митинг, и нам объявляют, что началась война.

– Когда вы отправились на фронт?

– Уже через неделю после того, как мы узнали, что началась война, нас полностью обмундировали  и отправили из Улан-Удэ на восток. Там было неладно с японцами. Каждый день они нарушали границу. До августа находились там. В бой вступать не приходилось. Потом нас повезли в обратном направлении уже на запад. Ехали в теплушке. Окна высоко. Где находимся – непонятно. На очередной стоянке кто-то начал кричать: «Москва! Москва!» Но тут колеса снова застучали. Уже потом мы узнали, что нас повезли защищать Ленинград.  

О страхе, голоде и боевых товарищах

– Какие воспоминания остались о первых днях вашего участия в войне?

– Помню, как рано утром началась стрельба, взрывы. Оказалось, что это финны пытались взорвать мост. Наши подбили один самолет. Мы побежали туда. Я увидел убитого финского летчика. Он сидел в кабине, склонив голову. Хорошо помню, что у меня не возникло к нему сожаления или какой-то ненависти. При этом у меня появилась мысль, что, наверное, на этой войне придётся и мне умереть. Чуть позднее в термосах привезли завтрак, но есть не хотелось. Люди кругом умирают, какая может быть еда. В тот момент думалось именно так.    

– Кого из сослуживцев запомнили особенно хорошо?

– Витьку Чернавина хорошо запомнил. Мы с ним вместе в школе снайперов были. Я видел, как его провожала на фронт жена и ребятишки. Один побольше парнишка, другой на руках у матери, а третий, наверное, только ходить начал. Тычется в юбку, словно телёнок, который только что появился на свет.

Ещё хорошо помню Тимофея Паршуткина. Тот был значительно старше меня, в отцы годился. У него за плечами была Первая мировая война. Помню, как он мне показывал свой крест, которым его наградили на фронте.

Ветеран
Ветеран уверен - для долголетия важна семейная обстановка. Фото: АиФ/ Леонид Волков

Позже мы разъединились. Меня направили в стрелковую часть, а их взяли в полковую разведку. При форсировании реки Свирь они отличились в бою и им были присвоены звания Героев Советского Союза. В итоге эти бойцы погибли в день, когда их должны были награждать золотыми звёздами.

Кстати, Тимофей Паршуткин был родом с Алтайского края. 

– Раньше вы говорили, что когда шли в атаку, чувство страха словно притуплялось. Чем это можно объяснить?

– Всем мальчишкам в детстве приходилось драться. Когда кулаки пошли в ход, то бояться уже поздно, да и некогда. Так и на войне. Пошел в атаку, будь добр, не трусь. Страшно было, когда готовилось наступление. Не по себе становилось, когда нужно было заполнять бумажку с данными о себе для медальона. Многие из суеверия этого не делали. Я заполнил, но это был самый страшный момент.    

– Я знаю, что вам и голодать пришлось на войне…

– Особенно трудно с продовольствием стало, когда финны заняли Тихвин. Была перерезана дорога между Мурманском и Ленинградом. Мы остались без снабжения. Тогда 120 граммов сухарей на сутки приходилось растягивать. Лошадей убитых из-под снега откапывали. Тогда нам действительно пришлось познать, что такое голод.  

«Повторить ту войну – это безумие…»

– Я знаю, что именно на фронте вы стали коммунистом. А как вы относились к религии, особенно в годы войны?

– Я в бога не верил, но всегда считал, что заповеди, которые написаны в библии, нужно соблюдать каждому человеку. Лучших правил жизни ещё никто не придумал.  

«Когда кулаки пошли в ход, то бояться уже поздно, да и некогда. Так и на войне. Пошел в атаку, будь добр не трусь».

– Чем занимались после войны, как оказались в Барнауле?

– В сентябре 1945 года я демобилизовался. Войну заканчивал в Норвегии. Там и встретил радостное известие о Победе. На следующий год женился. С бабушкой мы прожили 69 лет. Её не стало в 2015 году. Полгода она не дожила до своего 90-летия. У нас четверо детей, восемь внуков, три правнучки. После войны мы жили в Хакасии, откуда я и уходил в армию. В Барнаул мы переехали вслед за детьми в 1998 году.

– Однажды вы пришли в одну из школ на встречу с учениками, а кто-то задал вам вопрос: «все ли награды на пиджаке ваши»? Вас оскорбило это?

– Это неприятно, но за воспитание ребятишек в ответе взрослые, поэтому на детей обиды быть не может. Молодым людям и современным детям я посоветовал бы обратить внимание на такие качества, как честность, справедливость, постоянство, а еще очень важно иметь жизненную цель.

– Ближе ко Дню Победы на автомобилях появляются наклейки, и среди них есть такая надпись: «1941 – 1945 – можем повторить!». Как бы вы прокомментировали такой лозунг?

– Это безумие! Повторить… Возможно, тут не хватает слов «если потребуется». Но лучше, конечно, чтобы ничего подобного никогда не повторилось.

– Вам в этом году 100 лет исполнится. Поделитесь секретами долголетия.

– Здесь много факторов. Важна местность, где ты живёшь. Я большую часть жизни провёл в тайге. Пил чистую воду. Ещё очень важно, какая у человека семейная обстановка. Мы с бабушкой прожили душа в душу.  

Досье
Деомид Матвеевич Кожуховский родился 17 августа 1919 года в Красноярском крае. После семилетней школы в 1935 году поступил в горнопромышленное училище. В 1938 году трудился на руднике Улень. С 1939 года служил в Красной Армии. Награждён орденом Красная Звезда, медалями «За отвагу», «За победу над Германией», «За оборону Советского Заполярья», более 20 юбилейными медалями и медалями ЦК КПРФ. 10 августа 1942 года на фронте стал членом КПСС.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах