Обычно снежные барсы живут по принципу «вижу всех, но меня не видит никто». Однако на днях в урочище Уландрык произошла неожиданная встреча. Крупный хищник не просто попался на глаза людям, но и невозмутимо брёл вдоль оживленной трассы, позволив водителям устроить импровизированную фотосессию. Как выяснилось позже, эта встреча — следствие серьезных перемен в жизни алтайской группировки ирбисов.
Хроника одной охоты
Первое, что бросилось в глаза очевидцам — зверь хромал. Он припадал на заднюю лапу, но двигался уверенно. Местные жители быстро связали появление пятнистого гостя с другими событиями в районе. Незадолго до этого чабаны нашли задранного жеребенка, а инспекторы наткнулись на раненого архара.
Пазл сложился: хищник вышел на охоту, сцепился с крупной добычей и получил травму. Боль заставила его сменить тактику — уйти с крутых скал на ровную местность, ближе к дороге.
Снимки тут же отправили в Сайлюгемский нацпарк. Специалисты проверили базу данных, где хранятся «паспорта» всех местных ирбисов (их различают по уникальному узору на шкуре, — прим. ред.). На хребте Сайлюгем постоянно живут шесть кошек, но этот зверь оказался чужаком. Ранее в объективы фотоловушек он не попадал.
Директор нацпарка Денис Маликов пояснил, что несмотря на хромоту, зверь не истощен.
«Травму, скорее всего ушиб, он мог получить во время охоты. Оснований разыскивать его и изымать из дикой природы нет. Вероятно, после охоты он ушел в логово», — прокомментировал ситуацию руководитель парка.
Квартирный вопрос
Появление взрослого, нигде не учтённого самца в новом месте учёных не удивило. На недавней конференции, посвященной сохранению ирбиса, озвучили свежие цифры: популяция растёт. В Республике Алтай сейчас насчитывают 54 особи.
Звери начали возвращаться туда, где их считали истребленными. Например, в бассейне реки Аргут в 2010 году барсов практически не осталось. А сейчас там живет мощная группировка из 24 кошек. Ещё один очаг нашли на Южно-Чуйском хребте — там обосновались не менее десяти особей.
Горы становятся «коммуналкой». Молодым хищникам и пришлым самцам приходится искать свободные углы, осваивать новые территории и иногда выходить к людям.
Конкуренция за еду
Рост численности принес новую проблему. Хищников стало больше, а еды в горах не прибавилось. За козерогов и аргали с барсом конкурируют волки и охотники. Когда дикой добычи не хватает, ирбис идет к легкой — домашнему скоту. Статистика подтверждает: за последние пять лет число нападений на отары выросло в десять раз.
В нацпарке считают, что нужно менять подход к выдаче охотничьих лицензий.
«В местах, где обитает снежный барс, охота на козерога должна регулироваться с учетом интересов хищника. Нужно осторожно подходить к квотам, нужны ограничительные меры», — заявил Денис Маликов.
Пока государственная программа компенсации ущерба скотоводам не работает, напряжение снимают общественники. В Горном Алтае потери чабанам возмещает ассоциация «Ирбис», чтобы у фермеров не возникало желания взяться за ружье и отомстить редкой кошке.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
В одном из районов Алтая дикие животные и собаки задирают кур и кроликов 
Коготь размером с палец. Охотника чуть не растерзал двухметровый медведь 
Редкий хищник. В России насчитали минимум 87 снежных барсов 
Редчайшие хищники. Сколько на Алтае снежных барсов и что им угрожает