124

«Он был получеловеком». На Алтае рассекретили документы времен репрессий

Главной темой экспозиции стали репрессии 1937-1938 года
Главной темой экспозиции стали репрессии 1937-1938 года / Арина Колокольцева / АиФ

На выставке «Пути и судьбы», открывшейся недавно в мемориальной комнате краевого архива представлены материалы следственных дел, фотографии, газеты, анкеты, удостоверения и многое другое из того, что ранее было засекречено. Главной темой экспозиции стали репрессии 1937-1938 года в отношении работников прокуратуры, суда, партийных руководителей, самих сотрудников НКВД.

«По сути, многие эти люди стояли у власти, а потом репрессии не прошли и мимо них самих», - рассказала корреспонденту «АиФ – Алтай» Татьяна Павлова, главный археограф отдела использования публикаций документов.

На выставке мы видим приказ НКВД, поступивший в 1937-м во все регионы. Речь шла об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов. Давались разнарядки, о том, сколько человек расстрелять, сколько отправить в лагеря.

В Западно-Сибирском крае за четыре месяца должно было быть расстреляно пять тысяч человек и двенадцать тысяч отправиться по этапу. Выслуживающимися сотрудниками НКВД лимиты были превышены.

«Впихивать коленкой»

«В день выдавалось до 100 ордеров на арест. В тюрьме скопилось много арестованных. Начальник тюрьмы Стычковский имел неосторожность сказать: «В тюрьме негде уже садить арестованных». Попов грубо его оборвал: «Их нужно не садить, а впихивать коленкой», - это строчки из воспоминаний секретаря начальника УНКВД Алтайского края Серафима Попова.

Начальник краевого управления НКВД Серафим Попов получил за операцию по уничтожению людей орден Ленина. В одной из газет того времени он назывался «лучшим сыном трудового народа».

Схема уничтожения

На выставке можно увидеть схему троцкистко-шпионской диверсионной организации, составленной Поповым и его помощником Перминовым, где во главе заговора поставлены все секретари горкомов Барнаула. Серафим Попов выслуживался с размахом, бросая на расстрел самых значимых людей города.

Протоколы допросов арестованных были написаны как под копирку. Признания выбивались пытками. Особенным изощрением в издевательствах славился сотрудник НКВД Салтымаков. В результате измученные люди обреченно подписывали протоколы, начинающиеся с признаний о том, как их завербовали.

В краевом архиве хранится сто томов этого сфабрикованного дела. Среди репрессированных есть и старики, и женщины, и подростки. В экспозиции можно увидеть фото арестованных жен секретарей горкомов, которые обвинялись в том, что не донесли на мужей-вредителей.

Пытали «баней»

Представлены на выставке и материалы о работе «троек» органа внесудебного вынесения приговоров, существовавшего в 1937-1938 годах при управлении НКВД.

«Просьбы о помиловании после приговоров запрещались, приговоры о расстреле приводились в исполнение после оглашения», - рассказывает Татьяна Павлова.

В алтайскую «тройку» входили представитель НКВД Попов, главный прокурор Поздняков и партийный секретарь Гусев. Чуть позднее прокурор  Нил Поздняков сам на себе испытал пытки. После того, как его коллега, косихинский прокурор Ермолаев возмутился беспределом НКВД, Серафим Попов решил бросить «в топку» всех алтайских прокуроров во главе с главным.

В экспозиции представлено фото Позднякова и материалы дела, где он рассказывает о том, что с ним происходило после ареста. Как ему отбивали почки, как ударяли головой о стену, как делали «баню»: связали сзади руки и начали обжигать их свечкой, бить по животу.

После этих пыток бывший главный прокурор, по воспоминаниям сокамерников «ходить не мог, ноги у него были опухшие, сандалии разорвались, потому что ноги были как чурки, он был уже получеловеком».

В 1939-м после вмешательства военного прокурора, алтайских прокуроров оправдали. Нил Поздняков после этого ни разу не вспоминал о произошедшем. Тогда же мятник качнулся – теперь уже под репрессии «за нарушение революционной законности» попали Серафим Попов и его ретивые подчиненные. Сам Попов был расстрелян, как и другой садист Салтымаков. А вот его главным заместителям - Юркину и Перминову удалось избежать расстрела, в 1942-м году их отправили на фронт «кровью искупать вину».

«Юркин воевал в отряде Ковпака в Белоруссии, Перминов тоже был на фронте, позднее дожили до 70-х-80-х прошлого века, - рассказала Татьяна Павлова. В 1973 м году Юркин написал книгу, которая начинается так: «Когда меня призвали на фронт в 1942 м году…». В ней не говорится о том, что уезжал он на фронт из Новосибирской тюрьмы. Оба заместителя Серафима Попова дожили до преклонных лет, имели награды как особисты».

Выставка «Пути и судьбы» открыта по адресу г. Барнаул, 5-я Западная, 85а. Необходима предварительная запись на экскурсии численностью до десяти . человек по телефону (3852) 56-63-53.Вход свободный. Возрастные ограничения: 12+

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах