390

Почему не все алтайские сёла получают грантовую поддержку от края?

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 21. "АиФ-Алтай" 25/05/2017
В Алтайском крае можно встретить как развитые сёла и районы, так и заброшенные, почти забытые.
В Алтайском крае можно встретить как развитые сёла и районы, так и заброшенные, почти забытые. © / Дмитрий Овчинников / АиФ

На минувшей неделе губернатор Алтайского края Александр Карлин в своём официальном блоге пожаловался на муниципальные власти вверенного ему в управление региона.

«Казалось бы, чего проще: собери «вече», кинь клич по сельсоветам, вместе с земляками подумайте, как можно обустроить площадки для детей, облагородить центральную площадь, отремонтировать памятники… Главы администраций Заринского, Ключевского и многих других районов так и поступили. И построили за 4 года до 10 объектов в каждом. А вот 14 районов за всё это время вообще не подали ни одной заявки», – удивляется губернатор, рассуждая о реализации с 2014 года госпрограммы «Устойчивое развитие сельских территорий Алтайского края», по которой выделяются гранты на поддержку местных инициатив.

Где деньги взять?

«Когда власть на местах добровольно не желает воспользоваться финансовыми ресурсами для обустройства в родном районе, для поддержки людей, решившихся на открытие своего дела, халатным отношением и непрофессиональным подходом препятствует реализации госпрограмм и своевременному освоению финансовых средств, она демонстрирует свою недееспособность и компрометирует государство», – заключает глава региона. Так ли всё просто?

Вероятно, нет. На то, что 14 районов края ни разу не пользовались гранатовой поддержкой местных инициатив, влияет множество факторов. Например, для участия в соискании грантов необходимо собрать множество документов, часть из которых стоит денег. Очень весомый фактор – необходимость софинансирования. Максимальная сумма гранта – 2 млн рублей, но размер гранта не может превышать 60% общей стоимости проекта. Остальное – за счёт муниципального образования, в котором траты на софинансирование инициатив граждан должны быть прописаны в заранее утверждённом бюджете. При этом участие муниципалитета учитывается в баллах, которые влияют на одобрение инициативы – гранты ведь получают не все, кто захотел.

Из 80 одобренных местных инициатив на 2017 год минимальные баллы в 36,7 и 36,3 набрали ремонты кровли в детских спортивных школах сёл Солонешное и Усть-Калманка. Одобрены они были только из-за социальной значимости проекта – учитывается то, какой процент населения получает выгоды от реализации проекта. Больше 30% – очень хорошо, максимальный балл. Меньше 10% – балл минимальный. Чем больше собственное финансовое участие села в проекте, чем больше помогают проекту местные предприниматели, и чем больше людей будет заниматься неоплачиваемым трудом на объекте – тем больше шансов получить грант.

В чём разница?

Немаловажный фактор для получения краевых денег – широкая реклама проекта, в том числе в СМИ. В идеале местные печатные издания должны проинформировать людей о проекте до собрания граждан по его инициации, а потом сообщить об итогах этого собрания, сообщив о числе его участников и планируемом вкладе населения.

Вообще имиджевая составляющая всей системы раздачи грантов представляется не последней по значимости. Ну что такое по меркам краевого бюджета 427 тыс. рублей, выделяемых в этом году на ремонт сельской библиотеки в селе Курочкино Тальменского района? Зато пропагандистский эффект может быть значительным – особенно, если в эту библиотеку привезти потом журналистов из СМИ с краевым финансированием в ходе очередного пресс-тура. Ехать недалеко – около 100 километров от Барнаула. А вот в село Гилёво Локтевского района, где в библиотеке во время дождя тоже протекала крыша, никто бы не поехал – далеко, 420 километров, район на гранты обычно не претендует. Там справляются своими силами.

Также важным фактором, влияющим на участие в грантовой поддержке, является, несомненно, профессиональная компетенция тех, кто должен организовывать граждан, оформлять документы, писать заявки. С толковыми кадрами и на краевом уровне бывают проблемы, что уж говорить про районы. Вероятно, на выбор тех, кого стоит поощрить, влияет и отношение краевой власти к чиновникам муниципальных образований. С кем-то сложились рабочие, почти доверительные, контакты – и тех награждать грантами приятно. Ну, а где-то глава района не так расторопен, угодлив и понятлив – ему финансовая благосклонность края почти не светит. Гранты, по сути, могут служить инструментом награды за лояльность краевому руководству.

По мнению депутата АКЗС Александра Молотова, заместителя председателя комитета по бюджету, налоговой и кредитной политике, члена постоянного депутатского объединения – фракции «Справедливая Россия», зачастую два района, находящиеся рядом, занимают совершенно разную позицию по привлечению грантов. Один активен, другой – пассивен. Это вопрос управленческих кадров в районах.

Муниципальные образования говорят о том, что боятся связываться с грантами из-за огромного числа документов, которые необходимо оформить для этого, из-за риска, что использование краевых средств будет признано неэффективным, и их придётся вернуть в бюджет в полном объёме. Но это можно считать и отговорками. «Но я полагаю, – говорит депутат, – что всё-таки основная причина – пассивность управленческого персонала в муниципалитетах. Интересна прямая корреляция состоятельности муниципалитетов и участия его в различных программах. Те, кто активно экономически развивается, те и в программах участвуют активно. Им легче выделять софинансирование и они, получая гранты, становятся ещё богаче и развитее. У бедных нет средств на софинансирование, они находят деньги с трудом, опасаются, что из-за этого не смогут решить какие-то другие важные задачи. Стоило бы, наверное, разделить муниципалитеты на разные уровни софинансирования в зависимости от бюджетной обеспеченности – от тех, кто богаче, требовать больший процент софинансирования проекта, от бедных – меньше.

Кто назначает чиновников?

Но проблему стоит рассматривать в более широком контексте. Надо понимать – откуда взялись эти пассивные чиновники в муниципалитетах. Эти люди не появились из ниоткуда – это краевая власть их делегировала, предложила. Сейчас, когда муниципальные выборы отменены, любой глава района получает одобрение и согласование на краевом уровне. Поэтому вопросы о безынициативности нужно задавать не только муниципалитетам, а самому краевому руководству» – говорит Александр Молотов.

О том, что богатые становятся с грантовой поддержкой ещё богаче, можно судить по списку победителей Проекта поддержки местных инициатив в 2017 году. Из 37 районов и 1 города, выигравших гранты, больше всего – 6,67 млн рублей достанется Благовещенскому району – в целом благополучному, опирающемуся на экономическую мощь компании «Кучуксульфат» в районе. По грантам здесь отремонтируют множество сельских клубов, сделают детскую площадку в селе Леньки и отремонтируют мемориальный комплекс памяти ветеранов ВОВ в селе Суворовка. А вот Локтевский, Змеиногорский, Рубцовский и многие другие районы края, отличающиеся затяжной бедностью, грантовую помощь не получат. Только ли пассивность местных руководителей тому виной? Или птица муницпальных инициатив, придавленная грузом насущных проблем, не хочет взлетать не потому, что ленивая?..

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах