aif.ru counter
359

И проявить героизм… «Байки» и быль про пожарных

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 18. "АиФ-Алтай" 29/04/2015

Судя по страничке в «Моём мире», 39-летнему барнаульцу Ярославу ГРАБОВСКОМУ не чужд интерес к компьютерным играм, причём не только «взросло-серьёзным», но и – судя по названиям – совершенно ребячьим.

Этак мужчину вполне можно было бы заподозрить в «лёгкости бытия», если бы ни фотография профиля, выдающая в нём принадлежность к огнеборцам. А если ещё и знать, что Грабовский – начальник службы пожаротушения территориального гарнизона Алтайского края, то понимаешь, что «Домовята» и иже с ними для него – элементарный «релакс»… И то чрезвычайно редкий. Даже время для интервью подполковник внутренней службы в своём плотном графике (в крае продолжается паводок и введён особый противопожарный режим) выкроил с трудом – спасибо, что 30 апреля у пожарных профессиональный праздник.

Досье
Ярослав ГРАБОВСКИЙ. Родился в Барнауле. Окончил школу № 68, СПТУ-27, высшее образование получил в Восточно-Сибирском институте МВД РФ. Службу в пожарной охране начал рядовым в 1996 году. Имеет множество ведомственных и госнаград, в т. ч. медаль Алтайского края «За честь и мужество», «За отличие в ликвидации последствий ЧС», «За отвагу на пожаре».
Пенсия в 45 лет – не подарок

– Ярослав Валерьевич, зона ответственности службы, вверенной вам, – населённые пункты, её главная задача следует из названия. Какое дело вам до талых вод, разливающихся рек и высокого класса пожарной опасности на землях лесного фонда?

– А в леса огонь откуда приходит? Очень часто – как раз из населённых пунктов, пригородных посёлков, дачных товариществ, так что с лесопожарными службами мы тесно связаны. «Городские» пожарные всегда по мере необходимости принимали участие в тушении лесных пожаров, только раньше в таких случаях ими на местности руководил местный лесничий, а получение соответствующей лицензии дало нам возможность принимать самостоятельные решения. Но вообще, когда такая беда идёт – не дело разбираться, где чья зона ответственности…

Что до выполнения задач, не связанных с пожаротушением, то это тоже всегда у нас было. Мы – люди в погонах, нам задача поставлена – мы её выполняем. Всю прошлую неделю, к примеру, в Лебяжьем два насоса пожарной станции по 110 литров в секунду каждый откачивали воду из озера, потому что ближайшие к нему дома серьёзно подтапливало. В пойме-то, конечно, в принципе строить дома нельзя, но кто-то когда-то решил, что если водоём начал высыхать, то уже и можно, а теперь вот…качаем.

– То есть ваши первоначальные представления о работе пожарного были далеко не полными?

– Когда я демобилизовался со срочной в зенитно-ракетных войсках и пошёл в пожарную охрану, то об этой службе не знал ни-че-го! Ну, разве что подразумевал, что это место для благородных дел и можно проявить героизм. Понимание, какая это адская работа и какая ответственность, пришло много позже. Помню, мы, молодые, в «учебке», думали, что пенсия в 45 лет – это подарок государства… Да нет, после тяжелейших физических и психологических нагрузок – это жестокая необходимость… Но наша работа такая – либо человек довольно скоро понимает, что это не его, и уходит, либо крепко врастает.

И стена встала!

– Первый пожар помните?

– В Центральном районе Барнаула, около церкви на ул. Никитина горело сразу два дома. Нашему отделению – ещё из учебной части – была поставлена задача зайти со стволом для защиты соседнего строения: «новобранцев» же в самое пекло не посылают. А проход был очень узкий, гараж ещё на пути, и вдруг от взрыва одна стена «раскрылась», и перед нами встала стена огня, совершенно не просматриваемая. Не могу сказать, что было страшно, но точно неожиданно, и мы стали убегать, да так резво, что мой на тот момент непосредственный руководитель вывихнул ногу… У меня этот пожар стоит перед глазами в мельчайших деталях, как будто 20 лет не прошло…

– Ярослав Валерьевич, в сводках время от времени встречается такая фраза: «…после тушения пожара были обнаружены тела…». Разве не первая задача пожарных – вывести из горящего помещения людей?

– Спасение людей – это и моральный, и «нормативный» приоритет пожарных. Но, к великому сожалению, это удаётся не всегда. Бывает, что сообщение о пожаре поступает несвоевременно. Бывает, что задымление в очаге возгорания столь плотное, что ориентироваться пожарным в помещении приходится буквально на ощупь, пошагово, и к тому времени, когда они находят людей, те уже вдохнули смертельную дозу угарного газа.

Отравление продуктами горения – главная причина гибели людей при пожарах, но случаются и фатальные ситуации. Взять недавнюю трагедию в Алейске, где погибли семь человек, в т. ч. маленькие дети. Благополучная семья, гости приехали, обед собирались готовить. Хозяин дома, работник ГЗС, решил воспользоваться несертифицированным газовым баллоном, но вот беда – ограничительный клапан с него он убрал ранее, а в тот день занёс его с холода в тепло. Соответственно баллон разорвало, причём недалеко от раскалённой плитки. Если бы даже пожарный караул находился в метре от этого дома, спасти находящихся в нём всё равно не было возможности.

Может и не может

– Вот вы сказали о несвоевременных вызовах. Но для вас же не секрет, что многие обыватели, в первую очередь «погорельцы», уверены, что пожарные приехали поздно…

– …Пьяные и без воды. Это самая распространённая байка про нас, не имеющая никакого отношения к действительности и ни разу никем не доказанная. Машина не может быть без воды уже потому, что, заступая на смену, любой караул проверяет «боеготовность» средств пожаротушения! И надо понимать, что даже в автоцистернах последнего поколения ёмкостью 5-8 тысяч литров, воды при интенсивном тушении максимум хватает на 10 минут.

Сбор на выезд после посту- пления сигнала непосредственно в подразделение – минута. Время прибытия на объект по нормативу: по городу – до 10 минут, в сельской местности – до 20. Стараемся укладываться… Но те люди, у кого горит, как правило, объективно оценить ни время, ни ситуацию не могут, отсюда и рождаются нелепые слухи.

Должен сказать, что серьёзнейшую проблему составляют припаркованные машины во дворах. Бывает, что караул не может подъехать к месту пожара, ребята не один десяток метров бегут на разведку, у пожара есть время «разгуляться»…

– Скажите, «грамотное» общение с пострадавшими от огня входит в «курс молодого бойца»?

– Мы настраиваем, конечно, пожарных на лояльное отношение к ним: надо понимать, что люди многое потеряли, если не всё, они взвинчены, имеют право на эмоции…Но, признаюсь, встречаются настолько неадекватные, что пожарные при всей своей закалённости едва сдерживаются. При всём при этом, в прошлом году меня прямо покоробило поведение некоторых людей, пострадавших от наводнения. Да, экстремальная ситуация была, но разве ж можно так деградировать? По счастью, «душа отдыхала» от общения с другими, достойными людьми. Кто-то вызвался быть проводником в незнакомой для нас местности, кто-то за сотню километров на личной машине привозил нам покушать, кто-то по-другому старался помочь…Приятно, когда за работу получаешь благодарность. Хотя, конечно, мы не ради благодарностей работаем.

Кстати

В состав Государственной противопожарной службы, дислоцированной на территории Алтайского края, входят федеральная противопожарная служба и противопожарная служба Алтайского края.

ФПС – это 2938 человек личного состава, 12 территориальных отрядов, 81 пожарная часть, 80 отдельных постов и одна специализированная пожарная часть по тушению крупных пожаров и проведению аварийно-спасательных работ. На её вооружении находится 400 единиц основной пожарной и приспособленной для тушения пожаров техники, 132 единицы специальной и 11 единиц инженерной техники.

В противопожарной службе региона – 924 сотрудника, 154 ПЧ, на вооружении которых имеется 210 единиц основной пожарной и приспособленной для тушения пожаров техники.

 

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах