aif.ru counter
38

Виталий РАССЫПНОВ. Требуется еврей

Ему уж очень хотелось побывать на телестудии и на весь бывший Союз прославиться. А еще ему хотелось утереть нос своей жене Софочке, которая всю жизнь считает его неудачником.

Они вместе с Софой Бронштейн учились на химфаке МГУ и мечтали строить Ангарский химкомбинат - ударную стройку ВЛКСМ. Однако, незадолго до распределения, у них на курсе появился новый студент с очень внимательными глазами. Его сразу раскусили и все уже знали, что это представитель из госбезопасности и будет набирать на секретные заводы.

Так и случилось, что Соломон, Софа и еще два студента - все с безупречными биографиями - попали на номерной химический завод на юге Алтайского края и стали «невыездными», По молодости и по свалившемуся изобилию вчерашние студенты быстро забыли об узких брюках-дудочках, рок-н-роле и передачах «Голоса Америки».

Вскоре Софа и Соломон поженились и стали жить в роскошной казенной квартире с мебелью под инвентарными номерами. Софа быстро сделала карьеру - стала начальником цеха, а вскоре и защитила кандидатскую диссертацию. Благо ученый совет на заводе был свой и состоял из десятка ссыльных докторов и бессчетного количества кандидатов наук.

Соломон карьеры не смог сделать, получал выговоры, а так как он был на спецучете, то его не могли уволить с завода, и сам он не имел права уйти. Его переводили из цеха в цех, из отдела в отдел, пока он не стал заведовать складом тары.

Через десять лет Софа написала докторскую и их перевели в Главк в Москву. В трудовой книжке Соломона была написана его должность при переводе - эксперт по таре. В Главке долго ломали кадровики головы, что делать с Соломоном? Но, учитывая, что его жена занимает ответственный пост, создали новый отдел - спецтары. Здесь и стал трудиться наш герой. Так бы и сидел он со своим единственным сотрудником - контуженным в Афгане полковником, но тут началась перестройка, и Главк, чтобы не закрыть, сделали закрытым НИИ.

Всех перевели в научные сотрудники, благо большинство имели ученые степени и всякие звания, о которых в газетах, как правило, не сообщали.

Чтобы удержаться в теплом кресле, Соломон решил тоже написать диссертацию. Он пошел в Ленинку и перерыл все каталоги в отделе диссертаций. Здесь оказалось все открыто, описано и защищено степенями.

Тогда он нашел библиографа - седенькую старушку с огромной брошью на белоснежной кофточке и попросил показать её самый пустой ящик каталогов. Но старушка посетовала, что все каталожные ящики забиты, а новые никак поставить не могут - некому их распаковать. Тогда Соломон попросил показать картотеку отдела тары и упаковки. Как ни странно, но такого здесь не оказалось.

- Но, вот и чудненько! Раз нет в каталогах - значить есть еще непаханое поле в науке.

Всё остальное оказалось делом простым. Из какого-то французского журнала Софа перевела ему статью о деятельности известных западных фирм, которые производили тару и упаковку для всего, что надо было перевозить.

Машинистка быстро перепечатала диссертацию, были оформлены все документы, и тут встал вопрос - где защищать? В стране не было ни одного совета по этому профилю. Тогда Соломон решил вставить еще одну главу - о спецтаре для ракет, с которой он был хорошо знаком еще по сибирскому заводу. Уже после этого можно смело ставить на обложку гриф «Совершенно секретно» и отдавать диссертацию в любой закрытый диссертационный спецсовет.

Защита прошла блестяще. Жаль только, что обмыть в ресторане нового кандидата наук было нельзя - уже действовал указ Кузьмича о поголовной трезвости.

Утвердили Соломона кандидатом быстро, и стал он законным завлабом по спецтаре. Каждый квартал он выдавал новые рекомендации по использованию тары и даже побывал в загранкомандировке - в Ливии. Там были претензии к упаковке советских ракет и снарядов - ящики сделаны из тонких досок и ливийцы просили доски потолще.

Только потом Соломон узнал, что ракеты и снаряды ливийцы продавали в соседние страны на металлолом, а из ящиков делали мебель на экспорт в Советский Союз - чем и рассчитывались за военные заказы.

Рухнуло благополучие как-то сразу после 19 августа 1991 года. НИИ закрыли, здание отдали под склад какому-то СП, и Соломон остался без работы. Софа перешла работать в МГУ и читала лекции на химфаке, а Соломон стал ходить на биржу труда и по магазинам. Однажды он остановился около столба с пестрыми бумажками объявлений. Там все больше было предложений о продаже и главное, что все в упаковках - телевизоры, холодильники, бульдозеры и пр. Соломона привлекло одно объявление. В нем было всего два слова и телефон.

Крупно было написано «ТРЕБУЕТСЯ ЕВРЕЙ». Соломон вспомнил, что он еврей, хотя в паспорте написано - русский. Соломон хорошо знал, что родился он в семье евреев, но этому никогда не придавал значения. Соломон позвонил, и ему сразу назвали адрес. Это оказалось рядом со станцией метро.

Дверь открыли сразу, и Соломон увидел двух крепких мужичков.

- Сейчас будут бить, - подумал Соломон, и ему сразу же вспомнились публикации в газете «День». Но оказалось, что нет - бить не будут и даже не потребовали паспорта и других доказательств о принадлежности к древнейшей нации. Как оказалось - ему предложили возглавить фирму по производству ювелирных украшений. А так как в России до революции ювелирами были только евреи, то зарегистрировать фирму во главе с евреем было сейчас очень просто.

Где брали капитал эти два упитанных молодца, Соломон не знал, но понял, что об этом он не узнает никогда. Рынок в России трещал по всем швам ворованных и перекупленных товаров. А тут новая ювелирная фирма, да еще с экологическим уклоном.

Эти два новоявленных Фаберже где-то вычитали, что японцы делают броши, серьги, бусы и кулоны из искусственных камней, а сырьем для этих камней служит - как бы это выразиться поделикатней - вторичные продукты жизнедеятельности человека. А по-простому - фекалии. После сушки и прессовки они (эти продукты) оказывается не хуже агатов и янтаря.

Для солидности фирма обзавелась зарубежными партнерами из стран Балтии. Быстро установили оборудование, наладили производство, дали рекламу и пошли нарасхват ювелирные изделия. Оправой служили советские медные пятаки, которые фирма купила у военных, что не успели вывезти в Эстонию. Все «комки» стали торговать искусственными агатами.

Так прошла зима. Наступила весна и стало тепло. Трагедия произошла после первого дождя. Оказалось, что агаты после намокания восстанавливают кое-какие качества вторичного продукта...

Соломона посадили одного, (его компаньоны исчезли в ближнем зарубежье) но выпустили быстро - к годовщине Великого путча. Уже 20 августа он сидел перед телевизором и отгадывал слова в «Поле чудес». Правда, программу вел уже не Листьев, а Леонид Якубович.

1992 г.

Об авторе

Рассыпнов Виталий Александрович. Родился в селе Сорочий Лог Первомайского района Алтайского края в 1945 году. Доктор биологических наук, профессор Алтайского государственного аграрного университета.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых