aif.ru counter
15.02.2012 12:52
Татьяна ФУРС
50

Борис Гребенщиков: с чувством юмора и без политики

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 7. "АиФ-Алтай" 15/02/2012
Фото Евгении Савиной

Этот раз – не исключение. На минувшей неделе легендарный БГ вновь посетил Барнаул – с Юбилейным туром.

На концерте он радовал публику новыми песнями и удивлял неожиданными шутками. Перед выступлением мы встретились с ним и тоже поудивлялись.

«Аквариуму» 4000 лет

– Почему тур юбилейный понятно – 40 лет группе. А как вы объясните запись на вашем сайте «4000 лет Аквариуму»?

– Ни один историк не может определить, сколько нам лет… Письменность появилась всего-навсего три тысячи лет тому назад, а звукозапись – всего лишь в конце позапрошлого века…

Дело в том, что человеческая память устроена так, что после нескольких десятков лет она автоматически стирается. Поэтому, что было четыре тысячи лет тому назад (или 6 тысяч лет, 8), вспоминается только проблесками. А хорошо помнишь (ну, более-менее) последние лет пятьдесят.

– Как воспоминания, приятные?

– Уф… Так повезло. Вся жизнь – изумительный процесс обновления и нахождения каких-то чудес. Мы сейчас только что с Сашей Китовым сидели все утро и отбирали неизвестные никому вещи из наших архивов, которые мы будем выпускать в качестве дополнения к изданию «Аквариума».

– Раз вы уже затронули эту тему, расскажите, что еще, помимо тура, будет интересного в рамках юбилея?

– Вы, знаете, у нас все интересно. Тур интересен тем, что нам интересно играть концерты. Занятие выпуском всяких редкостей тоже интересно, потому что мы никогда с этим не сталкивались. Тем более, что находится такое, что я сам удивляюсь – не только Сашка!

Заниматься графикой, дизайном всех этих обложек тоже интересно. Заниматься каким-то видео – тоже. Все интересно! Мы с Полуниным хотим снять что-то на нашу музыку. Просто технически не хватает времени. Если бы меня было три, мы бы успевали в три раза больше. Но пока это сложно выполнимо.

Песни как Аспид…

– Расскажите о найденных редкостях…

– Это то, что никто никогда не слышал. Песня «Зеленая звезда» – ладно, ее хоть кто-то из специалистов слышал, а песню «Сердце из песка» никто не слышал – она пылилась в архивах, я про нее совсем забыл. Есть, например, не издававшаяся никогда песня «Кто ты такой, чтобы мне говорить, кто я такой». Или песня «Под тенью твоего крыла», которая исполнялась один раз в жизни на концерте и по неизвестным мне причинам, мы отрепетировали, сделали, а потом выкинули после этого концерта. Запись эта есть. Можно ли ее восстановить – я не знаю, но она существует.

Много всяких вещей. Я поэтому сейчас такой возбужденный – понял, что есть что-то, что я сам давно забыл. Видите – 4000 лет… В последние пятьдесят-то не все вспомнишь…

Это загадка, почему-то каким-то песням суждено сразу выйти, а каким-то суждено, как Аспиду из-под камня выскочить.

– Сколько таких неизвестных песен?

– Если бы я знал! В этом и ценность «Аквариума», что никто ничего не знает.

Мы сейчас издаем 29 официальных альбомов и поняли, что есть еще три диска бонусов, которые, например, издавал «Союз», но фирмы «Союз» сейчас нет, а больше их никто не издавал. Записи, получается, потеряны. Мы хотим дать возможность услышать их тем, кто этого хочет.

Но помимо этих 29 дисков плюс 3 есть еще минимум на один альбом вещей, которые либо были изданы один раз, либо появились в сети один раз, либо их вообще никто не слышал. Интересные вещи, кстати.

Каждый концерт особый

– А еще работаете над сборником XXI век…

– Он почти готов. Осталось пару слов поставить в правильный порядок. Альбом закончен, там 4-5 новых версий старых песен.

– Тяжело было из такой массы песен отбирать лучшее для альбома?

– Как ни странно, мы почти во всем сошлись. Вся группа сидела, делала свои предложения, мы думали, что взять, что оставить. Конечно, в один альбом все, что мы хотели, не влезает. Но более-менее с получившимся списком никто не спорит.

– Вы говорили, что любой желающий может свои эскизы прислать и в оформлении альбома участие принять, это правда?

– Да… прислали очень много эскизов. И один даже может быть будет использован в будущем – какая-то девушка прислала. Остальные такие… странные, но люди, правда, участвовали. А в итоге, как это всегда бывает, просто нашелся человек – знакомый знакомых знакомых знакомых. Он представил нам такой дизайн, что все сказали: Аааа! Вот это да!

– Что представите барнаульской публике на концерте? Программа тура, кстати, едина или «плавает»?

– А вот приходите – и узнаете! Вообще, перед каждым концертом я сам не знаю, что будет. В Новокузнецке было одно, а сейчас другое. Завтра в Новосибирске – третье.

– От чего это зависит?

– От ощущения. Вот играешь концерт и понимаешь, что этого тут быть не должно. Меняешь. А после концерта думаешь: ага! А если сделать вот так? О! Вот это – да. И на следующий день пробуешь вот так.

Потому что хочется, понимаете, правды. Хочется сыграть концерт и понимать: я все сказал. Каждый раз это ищется по-новому.

Спать? Зачем?

– Следующий концерт в Новосибирске через день. Чем будете заниматься эти дни?

– Мы завтра будем переезжать, а на следующий день уже концерт. Я понимаю, что это не так далеко, но настройка на концерт необходима. Вот мы с вами сидим сейчас здесь, а наши ребята настраиваются с 10 часов утра.

– То есть свободного времени у вас совсем не будет?

– Вообще не будет. Когда мы едем выступать, занимаемся в основном концертами, музыкой. Правда, мы успели заехать в книжный магазин, хотели с Сашей Петровым купить пелевинскую книжку, оказалось, что ее всю продали.

Хотели купить последнюю книжку Умберто Эко – ее тоже всю продали. Хотел купить «Лолиту» – и ее всю продали. Пришлось обойтись Лесковым и афоризмами Уинстона Черчилля.

– А говорите свободного времени не будет. Читать же успеваете?

– Ночью.

– А спать?

– Зачем? Надо все успевать. В четыре часа подъем, зарядка, отжимания в снегу, балансирование на голове, акробатика.

– Всей группой?

– Ну… кто сможет (смеясь).

– Или не убежит?

– Точно!

Как интересно… Будь я в Москве, все вопросы бы были про оппозицию, демонстрации и все остальное. Мне интересно, вы что-нибудь об этом слышали? Или в Зауралье это вообще никого не интересует? Правда, интересно. В Москве сейчас ни про что другое никто физически не способен говорить. Если журналист спрашивает про музыку его просто изгоняют из профессии!

Скучный старичок Толстой

– Ничего, мы к этому придем позже. А пока вернемся к вашим литературным пристрастиям. В одном из интервью вы сказали, что обожаете Гарри Поттера Джоан Роулинг и никогда не читали Льва Толстого…

– Я никогда не говорил такого!!! Иногда я специально занимаюсь тем, что перечитываю Толстого. Я не говорю, что мисс Роулинг – писатель лучше Толстого. Никогда не говорил. Я говорил, что в книгах Роулинг есть ощущение беспримерной и удивительной непредсказуемости и фантастичности бытия.

У Льва Николаевича, к сожалению, жизнь получается удивительно предсказуема, как будто Бога нет, а есть только Лев Толстой. Я отказываюсь от мира, в котором вместо Бога Лев Толстой. Мне он просто не интересен. Мне старичок кажется скучным. Да, он замечательно все описывает. И он сам прекрасно понимает, что есть что-то, что высшее него – у него есть отдельные абзацы, где это чувствуется. Но он не описывает это. Поэтому в его мире действуют – простите меня, бейте меня ногами – марионетки, которые действуют так, как он их водит. Только иногда им кажется, что есть что-то, что выше этого. Но он по этому поводу ничего особенного не пишет.

Но мне неинтересно жить в мире без Бога. Мне неинтересно читать книги, где марионетки живут по законам мира, где нет Бога. Ну, простите, это мне скучно.

В Гарри Потере, хоть он и написан немного хуже, но там это есть. Получается нелепость: в книге, которую Русская Православная церковь обвиняет во всех смертных грехах, включая скотоложство и педофилию, есть ощущение Бога. А в книге великого русского писателя, правда, тоже отлученного от церкви, Бога этого нет. Разве не странность? Странность.

Я – человек!

– А вот теперь про политику. Вы так удивились, что мы о ней не говорим. Разочарованы?

– Мы только что из Москвы, и я давал там интервью «Известиям» и они нехотя спросили что-то про музыку, а все остальное было как раз о ней (о политике, – прим. авт.). Старый такой журналист добивался от меня формулировки моей гражданской позиции и бла-бла-бла.

Я ему говорю, Мишенька, солнышко мое, ты понимаешь, что никто кроме москвичей, причем очень узкого сектора москвичей, этим в России не интересуются. Он мне не поверил. Для него та маленькая консервная банка, в которой они варятся, представляет из себя весь мир. И напрасно я ему объяснял, что за пределами Садового кольца эти разборки никого не интересуют.

– Итак, вы свою гражданскую позицию ему не раскрыли?

– Вы знаете, у меня нет гражданской позиции. Я человек, я делаю то, что мне хочется, тогда, когда мне хочется. Гражданская позиция – это то, за что людей ухватывают, чтобы заставить их вести туда, куда им не хочется. Это, знаете, такое ушко, железный крючок. У тебя гражданская позиция №1 или №2? Я отказываюсь. Я это выпорол из себя, чтобы меня так просто было не взять.

– Просто счастливый человек…

– Хм… Наверное, да.

«Нахождение в горах – всегда счастье»

- Журналисты, судя по вашим словам, отличаются от столичных, а публика?

- Да нет, вы знаете, все люди разные. На трех-четырех концертах в Москве будут разные люди, они будут по-разному реагировать. Мы сыграли два концерта в клубе Б-2 – достаточно разные, потом сыграли третий концерт для воспитанников и учеников Духовной академии Троицко-Сергиевой Лавры – это было совсем другое. И то, и другое, и третье – Москва.

- У вас очень много туров, концертов, остаются в памяти места, в которых бываете? Например, Алтайский край чем-то запомнился? Или это все проходит бесследно?

- Алтайский край… У меня лучшие воспоминания о том, как мы жили тут на берегу реки в лагере. Концерты… Я помню две поездки на Алтай, когда мы играли: один раз на фестивале, один раз – по приглашению какой-то телефонной фирмы. Помню обе поездки.

Во-первых, я люблю горы, и нахождение в горах для меня всегда счастье. Может быть, поездок было больше, но я помню три. И странные вещи в них происходили. Но их описывать бессмысленно, потому что вне контекста они ничего не значат, но происходили странности необъяснимые.

«Дайте зал, где люди могут двигаться!»

- В прошлый раз вы выступали в клубе, на этот раз в театре. Для вас имеет значение, где играть?

- Для меня имеет огромное значение! И вы не представляете, сколько ведер кровавых слез было выплакано в разговоре с администрацией, устроителями концертов. На протяжении 20 лет мы просим: ну, пожалуйста, дайте нам зал, где люди могут свободно двигаться, где люди могут подойти к нам близко, дайте нам зал, в котором люди могут шевелиться и делать, что хотят. Нам всегда говорят: из соображений экономии, безопасности, того, сего, пятого, десятого, двадцатого, вы будете играть в театре. Или в клубе, где жесткий фейс-контроль и па-па-па-па-па…

И очень редко получается так, что мы играем в нормальном месте. Это очень тяжело. Потому что люди, которые организуют концерты, всегда сразу говорят: понимаете, вы у нас не одни, мы организуем все концерты, нам на вас абсолютно наплевать. Мы будем делать вид, что страшно вас уважаем, но все ваши требования не имеют для нас ни малейшего значения. Вы сегодня приехали, завтра уедете, а нам тут жить. И поэтому то, что вы просите, нас не волнует.

И нам все время приходится играть в залах не очень приспособленных для этого. Один на десять бывает в зале, где более-менее все хорошо. Я сожалею об этом.

Как и том, что бесплатные концерты нам не дают играть – если вы дадите бесплатный концерт, то на платный никто не придет. Ну ладно, хорошо.

«Спасибо за новый мир»

- Вы были на Укоке или хотели бы там побывать?

- Что это?

- Плато Укок – плоскогорье на юге Республики Алтай, на стыке границ Казахстана, Китая, Монголии и России. По легендам, это священное место, страна, которая может существует, а может нет, может, скоро перестанет существовать – там планируют протянуть газопровод «Алтай». Это место еще называют «Сибирской шамбалой», где по легендам можно обратиться к богу, узнать прошлое или будущее…

- Обратиться можно в любом месте, включая этот зал, и узнать прошлое и будущее. Но этого я никогда не слышал, вы открываете для меня новый мир, спасибо.

- Вы удачно заехали, у нас сегодня в Барнауле открывается выставка «Мифы Укока»…

- Я через пять минут после окончания нашей встречи залезу в Интернет и узнаю, что это такое и на выставку завтра с утра попробую заехать. Спасибо!

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество